Пара рамок Фаберже за 2 млн рублей — и на них стоит клеймо важнее самого бренда
Две маленькие фоторамки с гильошированной эмалью выставлены на торги 5 августа 2026 года — и главная ценность в них не жемчуг, не золото, а три буквы клейма.
На торгах Swan Fine Art 5 августа 2026 года выставлена пара серебряных с позолотой фоторамок работы мастерской Фаберже. Оценка — £15 000–20 000 (1,6–2,1 млн рублей). Казалось бы, небольшие вещи: примерно 5 на 5,5 сантиметра, белая гильошированная эмаль, жемчужная обводка, спинки из мамонтовой кости. Но на оборотной стороне стоит клеймо «М.П.» — инициалы Михаила Перхина, главного мастера Фаберже. И это меняет всё.
Пара фоторамок Фаберже — серебро с позолотой, белая гильошированная эмаль, жемчуг / The Saleroom, https://portal-images.azureedge.net/auctions-2026/srsw10246/images/cb1db903-1f47-4673-8751-b47c01203812.jpg
Крестьянский сын, который сделал Фаберже великим
Михаил Перхин родился в 1860 году в крестьянской семье. Как он оказался в Петербурге и прошёл путь от подмастерья до руководителя главной мастерской Фаберже — точно неизвестно. Зато известен результат: с 1886 года именно его мастерская выполняла самые сложные и самые важные заказы дома.
Первое императорское пасхальное яйцо — «Курочка» 1885 года, заказанное Александром III для императрицы Марии Фёдоровны, — вышло из рук Перхина. Потом были десятки других яиц, каждое сложнее предыдущего. Механические сюрпризы, миниатюрные поезда внутри, крошечные портреты под бриллиантами.
Но параллельно мастерская делала и «малые» вещи — рамки, портсигары, коробочки, флаконы. Именно такие предметы расходились по аристократическим домам России и Европы как подарки, сувениры, знаки внимания. Пара рамок с торгов — из этого ряда.
Деталь лота крупным планом / the-saleroom.com; дополнительное изображение только из проверенного источника
Техника, которую не подделать
Гильошированная эмаль — не просто красивое слово. Сначала на металл наносится гравированный узор — обычно «солнечный» или волновой. Потом поверхность покрывается полупрозрачной эмалью. Через неё просвечивает гравировка, и возникает эффект внутреннего свечения: кажется, что предмет светится сам по себе.
Эта техника требует абсолютной точности на каждом этапе. Чуть больше эмали — узор исчезнет. Чуть меньше — появятся пузыри. Перхин довёл её до совершенства, и именно его рамки с белой «солнечной» эмалью стали эталоном.
Клеймо «88» на изделии — это 88-я проба по русской золотниковой системе, что соответствует 916-й метрической пробе. Почти чистое серебро. Российские ювелиры того времени работали по системе, которую Европа не использовала, — и это тоже своеобразная подпись эпохи.
1903 год: золотой век закончился тихо
Перхин умер в 1903 году — ему было всего 43 года. Фаберже продолжал работать, мастерскую возглавил его преемник, заказы от двора не прекращались. Но что-то изменилось.
Многие исследователи считают именно 1903 год концом самого творческого периода дома. Не революция 1917-го, не эмиграция Карла Фаберже, а смерть безымянного мастера из крестьян — вот где проходит настоящая граница.
Сам Карл Фаберже был прежде всего предпринимателем и художественным руководителем. Техническое волшебство происходило в мастерских — и главной из них руководил Перхин.
Почему клеймо мастера дороже клейма бренда
На аукционном рынке русского искусства давно сложилась иерархия. Изделие Фаберже без клейма конкретного мастера — одна цена. С клеймом Перхина — другая, заметно выше.
Это нелогично с точки зрения обывателя: бренд «Фаберже» знают все, имя Перхина — единицы. Но коллекционеры платят именно за подтверждённое авторство. Клеймо «М.П.» означает не просто происхождение из мастерской — оно означает, что предмет прошёл через руки человека, который придумал, как делать эти вещи.
Пара рамок с оценкой до £20 000 (2,1 млн рублей) — относительно скромная позиция для Перхина. Крупные его работы уходят на Sotheby's и Christie's за суммы на порядок выше. Но Swan Fine Art в Тетсворте — это провинциальный английский аукцион, куда такие вещи попадают из старых поместий, а не из музейных коллекций. Именно здесь иногда находят самое интересное.
Торги живые, ставки открыты. Следующая ставка — £14 000. Финальная цена станет известна 5 августа.
Две рамки размером с ладонь — и внутри каждой когда-то стояла чья-то фотография. Чья именно, аукционный каталог не сообщает. Но человек, который их заказал, явно знал: для семейного портрета он выбрал лучшего мастера своего времени.
Лот и торги: The Saleroom
Кстати, недавно мы рассказывали о похожей аукционной истории: Медаль весом в четверть килограмма: уланский шеф и 27 000 рублей на торгах.
Хотите узнавать больше из мира аукционов — подписывайтесь на наш канал.