Чаша из золота и нефрита в «русском стиле» уйдёт с молотка за 4 млн рублей: кто делает Фаберже сегодня
Британский ювелир создал предмет, который по материалам и духу мог бы стоять на столе у Романовых — и теперь он попал в каталог торгов.
На аукционе Cadmore Auctions Ltd через платформу The Saleroom 19 августа 2026 года будет разыгрываться золотая чаша с нефритом, бриллиантами и эмалью plique-à-jour — работа британского ювелира Саймона Рудла. Оценка — £25 000–35 000 (4,0 млн рублей). Весит предмет больше килограмма. Из них только золота — свыше 300 граммов.
Чаша Саймона Рудла крупным планом — золотой обод, нефритовое тело, эмаль / The Saleroom / аукционная страница Cadmore Auctions
Чаша высотой 18 сантиметров и диаметром 25,5 сантиметра. Тело — резной нефрит в отличном состоянии. Сверху — чертополохи из эмали plique-à-jour, которые просвечивают как витраж. Золотое кольцо по ободу украшено лавровыми гирляндами. Подставка из того же 15-каратного золота с платиновыми вставками и бриллиантами. Подпись: Rudle.
Лот идёт без резерва с начальной ставки £20 000. Торги живые, с 17 по 19 августа.
Кто такой Саймон Рудл
Саймон Рудл — британский ювелир, работающий в том, что принято называть «русским стилем». Не копия, не реплика, не стилизация под сувенир — а сознательное переосмысление эстетики петербургских мастерских конца XIX века.
Дом Фаберже работал именно с этим набором материалов: нефрит, золото, эмаль, бриллианты. Карл Фаберже превратил их в язык имперского подарка. Рудл говорит на том же языке, но с британским акцентом.
Деталь лота крупным планом / the-saleroom.com; дополнительное изображение только из проверенного источника
Одна деталь сразу выдаёт британское происхождение мастера: 15-каратный золотой сплав. Он содержит 62,5% чистого золота и был стандартом в Великобритании в викторианскую эпоху. В России и континентальной Европе использовали другие пробы — 56-ю (российская система) или 18-каратную. Сегодня 15K практически не встречается в изделиях такого масштаба. Это не просто проба — это почти архивная отсылка к эпохе, когда Лондон и Петербург жили в одном культурном ритме.
Нефрит, который ценили Романовы
Нефрит при императорском дворе России занимал особое место. Из него делали вазы, чаши, рамки для портретов, рукояти — всё, что должно было символизировать благородство и долговечность. Фаберже использовал сибирский нефрит, добытый на Урале и в районе Байкала. Камень ценился не только за красоту, но и за символику: в китайской традиции, которая повлияла на русское восприятие нефрита, он олицетворял бессмертие.
Чаша Рудла использует именно такой нефрит — тонко вырезанный, в отличном состоянии, без трещин. Это важно: нефрит хрупок, и крупные изделия из него редко доходят до аукционов без повреждений.
Техника plique-à-jour — отдельная история. Это перегородчатая эмаль без металлической подложки: эмаль держится только в ячейках из проволоки, как витражное стекло. Свет проходит сквозь неё насквозь. Считается одной из самых трудоёмких техник в ювелирном деле — малейшая ошибка при обжиге, и всё нужно начинать заново. Именно её Фаберже применял в своих знаменитых яйцах.
Почему такая цена
Оценка £25 000–35 000 — это не просто стоимость материалов. Хотя и материалы впечатляют: 300+ граммов золота 15K по текущим ценам — уже солидная сумма сама по себе.
Но рынок платит здесь за три вещи сразу: редкую технику, узнаваемый авторский стиль и культурный нарратив. Предмет, который апеллирует к Фаберже и имперской России, продаётся не только как ювелирное изделие, но и как высказывание о преемственности традиции.
Покупатели таких вещей — не те, кто ищет инвестицию в золото. Это коллекционеры декоративного искусства, которым важна история за предметом. Среди них немало выходцев из России и постсоветского пространства, живущих в Лондоне, — для них подобная чаша несёт дополнительный смысловой слой.
После распада СССР и открытия архивов интерес к наследию Фаберже в западном мире резко вырос. Мастера, работающие в «русском стиле», оказались в нужное время в нужном месте.
Чашу нужно забирать самовывозом из офиса Cadmore или организовывать курьера самостоятельно — аукционный дом не берётся за доставку. Для предмета весом больше килограмма с нефритом это существенная логистическая деталь.
Килограмм золота, нефрита и бриллиантов — и где-то внутри него целая эпоха, которую никто не видел живьём, но все продолжают воображать.
Лот и торги: The Saleroom
Кстати, недавно мы рассказывали о похожей аукционной истории: Картина Брускина за 4 млн рублей: написана в 1986-м, когда её автор официально не существовал.
Хотите узнавать больше из мира аукционов — подписывайтесь на наш канал.